info@vlv-mag.com

Эко-информационный портал

Интервью с музыкантом и композитором Александром Болдачевым

Жизнь под знаком арфы

Его арфе рукоплескали тысячи зрителей по всему миру, его игра удостоена десятков престижных наград, а его концерты собирают полные залы в Европе, Америке, Китае и, конечно, на родине, в России.

Талант арфиста Александра Болдачева оценили профессионалы, и его музыку всем сердцем любят поклонники. О своём творчестве, секретах успеха и планах на ближайшее будущее музыкант и композитор Александр Болдачев рассказал в эксклюзивном интервью журналу VLV-mag. 

— Что для вас детство? Расскажите о своих хобби и мечтах тех времён. Остались ли какие-то яркие воспоминания подросткового возраста, о которых вы не забыли до сих пор?

— У меня детство всегда ассоциируется с рабочим процессом. Мне кажется, что музыкант подписывает своего рода магический контракт и очень рано становится профессионалом. Это потому, что нахождение на сцене, на публике обязывает раскрывать взрослые способности – уметь делиться, передавать свои эмоции, чувства. У маленьких детей они ещё такие наивные, но именно это и привлекает, и всё равно это уже профессия.

Мои воспоминания о детстве связаны в основном с концертами, с поездками. Я прекрасно помню, как в три года тянулся к роялю, как в четыре уже ходил в Тутти (муз. школа на Литейном), учил нотки, играл какие-то простенькие упражнения. Помню, как занимался в Пскове со своим педагогом по фортепиано, и мы тогда играли уже практически весь ОКФ (общий курс фортепиано) начальных классов десятилетки. Целыми днями мы проводили за роялем, записывали музыку, сочиняли, играли небольшие произведения. Конечно, это было очень интересно, и всё больше и больше затягивало. Потом Фонд Спивакова, Темирканова, Московский и Санкт-петербургский дома музыки постепенно втягивали меня в эту профессиональную жизнь. Я начал прогуливать школу. Но не потому что был легкомысленным подростком, а просто нужно было либо заниматься, либо куда-то ехать. Со временем мои одноклассники меня уже и не видели.

Конечно, нельзя сказать, что кроме очень активной ежедневной работы у меня не было каких-то других радостей и интересов. Было очень много природы, футбола и плаванья, были кружки по карате и театральный, были компьютерные игры, рисование, программирование, создание мультфильмов и так далее… В общем, интересы какие-то были всегда, но потом всё сузилось до арфы и, конечно, литературы. Когда реальность насыщенная и нагруженная событиями, убежать в другой мир через книги получается почти всегда. До сих пор использую этот “трюк”.

В общем, я думаю, о детстве можно рассказывать бесконечно. При том, по моим ощущениям, оно ещё не закончилось и никогда не закончится. Ведь все творческие люди – отчасти дети, потому что мы очень наивно смотрим на этот мир, чтобы видеть его открытым к нам.

Саша Болдачев в детстве

Саша Болдачев в детстве, фото © boldachevharp

— Почему творческий путь? С чего вы начинали свою карьеру? Можете ли сейчас представить жизнь без музыки? Главные на сегодняшний день события вашей карьеры – это ...

— Думаю, что сам по себе творческий путь, я избрал довольно поздно. До того это всегда была попытка понравиться, угодить. Угодить маме, которая возвращаясь с работы уставшая, но все равно занимается со мной. Угодить учителям − разным, многим − и в консерватории, и в Мариинском театре, и в школе, а дальше иностранным педагогам… У всех своё мнение, и всем что-то нужно, и всем хотелось угодить. Потому, это был, скорее, общий процесс, коллективное действо. А тот самый, осознанный путь я начал лет с 25-и, когда закончил академию и остался один на один с собой. Тогда я понял, что именно эта культурная стезя, наполнение мира творчеством, различными новыми идеями и станет моей дорогой.

Что касается главных событий карьеры… Это довольно сложный вопрос. Ведь есть те, которые важны в биографии: например, получил награду из рук президента Фишера или стал первым иностранным лауреатом британской награды «Блестящие дарования». Сейчас вот получил премию в Японии за лучший концерт года… И это хорошо, расширяет биографию. Но всё это я не назову главными событиями в моей карьере. Для меня это: сочинить какое-то произведение, что-то важное понять, записать диск, влюбиться так, чтобы хотелось творить и создавать новое. Это именно те переживания, что толкают вперёд. Их не отразишь в биографии. Они личные.

— Если не арфа, то ...

— … наверное то, чем я занимаюсь на данный момент большую часть своего времени. И это не композиция, не дирижирование, даже не фортепиано. И совершенно не то, что написано в моих дипломах. Это менеджмент. Сейчас он, конечно же, очень важен в жизни любого музыканта. Некоторым везёт, и они находят правильную агентуру, правильных людей, которые с ними на одной волне, и их развитие идёт совместно. Мне повезло меньше − я до сих пор не нашёл тех, с кем мог бы создавать именно то, что хочу. Поэтому все диалоги о концертах, мастер-классах, фестивалях и конкурсах, обо всём, что я организую, лежат на моих плечах. И никому я отдать это не могу… Не потому что не хочу, просто не доверяю людям настолько, чтобы скинуть это с себя и больше не трогать.

Есть несколько людей, что пришли в мою жизнь неожиданно, с разных сторон и действительно пытаются что-то сделать, чтобы облегчить мой путь. Но всё равно сам процесс менеджмента лежит на мне. Не сказал бы, что мне это неприятно, просто отнимает много времени, отвлекает. Невозможно сосредоточиться, уйти в себя и начать работать. Особенно если это касается композиции, ведь она требует очень глубокого погружения, концентрации, можно сказать, медитации… Но мне это всё равно нравится. И если когда-нибудь я не буду посвящать много времени музыке (а я не думаю, что она когда-либо уйдёт из моей жизни), то с удовольствием займусь организацией каких-то мероприятий для других музыкантов. Сейчас, в принципе, я этим и занимаюсь. У меня в планах фестиваль в Цюрихе в начале октября 2019-го, а потом фестиваль и конкурс в Санкт-Петербурге «Золотая арфа» в середине сентября 2020 года. Это очень большие проекты, которые требуют много времени и усидчивости, и я надеюсь, они выйдут такими, какими я их вижу у себя в голове.

Жерар Депардье и Александр Болдачев

Жерар Депардье и Александр Болдачев, фото © boldachevharp

— Вы родом из Санкт-Петербурга, но проживаете в Цюрихе. Почему Цюрих? Как часто бываете на родине?

— Я родом даже не из Санкт-Петербурга, а из Ленинграда, из Советского Союза… Несуществующий город, несуществующая страна прописаны у меня в паспорте… А в Цюрих я долго добирался через Париж, Прагу. Меня обычно забирали к себе учителя. В Праге я сначала занимался с Яной Бошковой, которая сейчас часто посещает Россию. А с Катрин Мишель, педагогом, которая до сих пор сопровождает меня по жизни, мы встретились во Франции. Она сразу же пригласила меня к себе домой, где, собственно, я и жил в течение двух лет, пока она не позвала меня в Цюрих. Именно она, потому что школа взяла меня беспрекословно, без экзаменов. То, что я называю “школой”, по-английски называется Академией искусств. А в немецком варианте это Высшая школа искусств.

В Цюрих я переехал в 15 лет, начал учиться. Было довольно сложно, потому что это очень дорогой город, а у меня, кроме таланта и того, что я положил в свой чемодан, больше ничего и не было. Поэтому первые пару лет это была борьба за выживание, за то, чтобы найти какую-то копейку и оплатить учёбу и проживание. Но потом, как обычно в цивилизованных странах, талант победил. Я получил очень ощутимую поддержку, помощь от Фондов и не только. Я удостоился стипендии, смог продолжить обучение и закончил его в 2015 году.

Бывали времена, когда я мог целый год не приезжать в Петербург. А в Москве я и вовсе не был целых 10 лет, с 2005 по 2015. Когда я приехал в столицу работать в Большом театре России, то был просто в шоке. Для меня это было настоящее событие, будто я оказался в машине времени. Это очень интересное, сильное впечатление.

Сейчас я часто бываю в Москве, в Петербурге. Стараюсь делать больше концертов на родине, чтобы не терять связь, поддерживать контакт, видеть друзей. Ну и конечно, хочется отдать творческий долг своей стране, которая меня родила и дала мне так много.

— Вы закончили Цюрихскую высшую школу музыки. Расскажите о самых ярких моментах вашего обучения. Что запомнилось больше всего?

— Самое яркое событие произошло, когда школа расширилась в пять раз. Теперь это не просто школа музыки и театра, теперь это Высшая школа искусств. В ней находятся и театралы, и режиссеры, и композиторы, и танцоры, и архитекторы, дизайнеры, поэты и все, кто только возможно. Там больше 2 500 учеников расположились в бывшем здании завода, в таком огромном лофтовом помещении. Наверное, переезд в это место был для меня потрясением. И конечно, я был немного растроен, ведь к тому моменту моя учёба подходила к концу, а было бы так интересно учиться в таком современном месте. Но я там часто бываю, у меня там друзья, знакомые, проекты.

На самом деле, есть очень большая разница между обучением в России, и обучением в Швейцарии, где студентам даётся гораздо больше свободы выбирать, что они хотят делать, как и когда. Как по мне, человеку советскому, им часто не хватает дисциплины. Сказали − сделал. Это дисциплинирует. Не могу пока сказать, насколько это продуктивен индивидуальный подход для каждого ученика, но я знаю, что это важно для развития. Тем не менее я не видел гениальных выходцев из Швейцарии в области искусств. Обычно это, всё-таки, россияне, азиаты, французы, немцы… но не швейцарцы. У них другой менталитет. 

Катрин Мишель и Саша Болдачев

Катрин Мишель и Саша Болдачев, фото © Белла Рич

— Что принципиально изменилось в мире музыки за последние 5 лет? В чём уникальность современных артистов? Какие советы вы можете дать начинающим музыкантам? В чём секрет успешной карьеры творческих людей?

— За последние пять лет изменилось всё. Во-первых, очень часто слышу, что классическая музыка куда-то уходит, изживает своё, но я бы так не сказал. Порой кажется, что она, наоборот, сейчас получает очень большую поддержку и развивается. Очень много молодёжи привлекает классическая сцена, классика становится современнее в самой подаче − не важно, что играют, хоть барокко, хоть ренессанс, но люди понимают, что консерватизм уже не может привлечь, и нужны новые подходы к аудитории.

Конечно, очень активно развивается трансдисциплинаризм. Запущено очень много проектов, которые связывают музыку, поэзию, танец, живопись и так далее. Наверно, вы заметили это и на моём концерте в малом зале Филармонии, когда практически все виды искусств были на сцене. И мне кажется, людям это понравилось.

Появилось много кроссовер-артистов, людей, имеющих классический бэкграунд, но развивающихся в сторону рока или фильмовой музыки, и так далее. Возникло множество интересных оркестров… Конечно, даже за последние пять лет видно, что уходят те люди, которых мы называем мэтрами и гениями. То есть, завершается время героев, и начинается время энтузиастов, ремесленников, можно сказать, авантюристов. Ну и, конечно же, сейчас наступает время маркетинга. Ничего невозможно придумать и сделать без пиара. Поэтому я считаю, что сейчас музыка находится на абсолютно другой ступени.

— Какими качествами, по вашему мнению, должен обладать человек, который хочет добиться настоящего успеха? Что может этому помешать? На пути к цели главное не ...

— Знаете, слова «успех» и «карьера» совершенно не относятся к вопросу творчества, потому что это две абсолютно разные стези, которые могут развиваться параллельно (и это было бы очень хорошо), но часто идут по-отдельности. Сегодня успешный человек тот, кто умеет продавать. Именно это у нас в современном мире показатель успеха. А творческий человек – тот, кто умеет творить и не обязательно умеет продавать. Поэтому, наверно, секрет успеха в том, чтобы развиваться всесторонне, многогранно, иметь план, вкладывать усилия в те вещи, которые нужны, и избавляться от лишнего… И всегда, каждым своим действием двигаться вперёд. Отдых − тоже движение вперёд, потому что это накопление сил, отвлечение сознания, что тоже важно. Единственное, что действительно мешает успеху и карьере, − неправильно выбранный маршрут. 

Вы спрашиваете, какими качествами человек должен обладать, и это очень хороший вопрос. Но человек никому ничего не должен, а качества победителя − они всегда очень разные. Некоторые добиваются успеха, как говорят, “тихой сапой”. Они спокойно себе идут и работают, их никто не видит и не слышит, а они постепенно обрастают контактами, деньгами, славой, мощью и так далее. Другие, наоборот, берут нахрапом. Третьи − удачей… Вот подвернулось так, выпала счастливая монетка, и всё изменилось. Некоторые берут трудолюбием, усидчивостью… То есть, тут вариантов огромное количество. Важно просто знать свои сильные стороны и с ними работать. Нельзя стать тем, кем не являешься. Нельзя, будучи прирождённым ботаном (в хорошем смысле слова) и домоседом, добиться успеха, выбежав в люди, надев какие-то маски и изменив себя… Это обычно не получается. А вот продумать, например, как сидя дома двигаться в том направлении, в каком хочется, − это пожалуйста.

Саша старается чаще давать концерты в России

Саша старается чаще давать концерты в России, фото © boldachevharp

— Вы лауреат многих премий, какой из них вы гордитесь больше всего?

— Я уже говорил о лауреатстве… Я абсолютно не горжусь своими премиями. Это же не достижения в спорте, например. Вот если я прибежал на 30 миллисекунд быстрее своих соперников, значит, я этого добился, заслужил. Это конкретный результат. А в творчестве (в любом!) награда − лишь признание каких-то общечеловеческих достижений. Это значит только, что какой-то определённый образ музыканта, артиста нравится его теперешней аудитории. Причём, конкретно той, которая решает - какую награду дать. Я больше горжусь, когда собирается полный зал, и люди стремятся прийти на мои концерты. Это намного важнее, чем какие-то бумажки, премии, статуэтки и так далее.

— Кто самые главные люди в вашей жизни?

— Главных людей в моей жизни очень мало и очень много одновременно. У меня есть друзья и родители, которых я могу считать самыми важными для меня. Им я хочу звонить и писать, у меня есть живая потребность в том, чтобы эти люди были если не рядом, то хотя бы на связи. Это понятно, вроде бы. У всех так. Но я не могу сказать, что сейчас назвал всех «главных» людей, потому что «главные» – они же «ключевые», насколько я понимаю это слово. И вот они появляются в очень необычных ситуациях. Они, как ангелы-хранители или добрые волшебники, которые просто появились, сделали своё дело и исчезли. Иногда они идут рядом какое-то время, но это уже не так важно. Эти люди − тоже главные, потому что без них я бы не смог ничего достичь и вырастить себя таким, какой есть.

Конечно, среди всех существует самый главный человек. Это моя мама. Несмотря на то, что были разные ситуации, пререкания, мы всегда были, есть и будем замечательными друзьями. Мы всегда звоним друг другу, рассказываем абсолютно о любых проблемах и переживаниях, делимся опытом… Мама - мой главный учитель, и её замечания всегда опережали замечания других моих наставников. Она всегда знала точно, что именно мне в данный момент нужно. Но я немного уже отдалился от темы…

Мама – это главный учитель Александра

Мама – это главный учитель Александра Болдачева, фото © boldachevharp

— Чтобы вы были счастливы и довольны прожитым днём, нужно...

— На самом деле, я доволен прожитыми днями. Для этого мне нужно только изначально поставить достижимые цели. Потому что основное недовольство возникает, когда поставил какие-то задачи на день, а они не выполнились. И это так обидно! Вот я сегодня поставил себе задачу вынести мусор и ответить на интервью – это достижимо. А всё остальное, сверху – это уже дополнительно получилось, и это уже повод для гордости. Поэтому, чисто мой рецепт счастливого дня – не ставить себе невыполнимых задач. И всегда балансировать свой день так, чтобы он был полон разными событиями и движением вперёд, я повторяюсь. 

— Как часто удаётся найти время, чтобы провести день на природе в окружении леса, водоемов и чистого воздуха? Что для вас является лучшим местом для отдыха от режима 24/7?

— Я не так часто имею время на полноценный отдых, к сожалению. И не то что бы времени нет, просто мозги сейчас как-то по-другому работают: кипят, куда-то ведут… Раньше я отдыхал в Латвии, в Даугавпилсе. Это абсолютно русскоговорящий город, там у меня жили бабушка с дедушкой, и я туда ездил каждое лето. Потом постепенно я переключился на Карелию, город Сортавала. Это самая северная оконечность Ладожского озера, и там такие потрясающие скалистые пейзажи, громадные сосны… Там находится Дом композитора. Или уже находился? Знаю, что сейчас с ним очень сложная ситуация − его переделывают, что-то сносят, что-то делают исключительно для туристов… В общем, всё как обычно, глобализация. Но там мои друзья, там моё лето, хоть иногда это и всего пара дней. Всё очень кратко.

А так, я не настолько «природный» человек. Я на природу выезжаю капитально: с удочками на рыбалку, за грибами, за ягодами, какими-то растениями. Это всегда большая вылазка, когда нужно обязательно разжечь костёр и что-нибудь на нём пожарить… А если мне нужен отдых чисто для себя, то я выберу прогулку по городу. Мне больше нравится просто идти по улицам, и не важно, знакомым или не знакомым… Лишь бы была хорошая погода. Так я больше отдыхаю. Я люблю архитектуру, люблю рассматривать, подмечать детали, пытаться угадать, к какому времени они принадлежат, кто автор и так далее.

Александр любит ходить по улицам в хорошую погоду

Александр любит ходить по улицам в хорошую погоду, фото © boldachevharp

— Как проходят ваши будние дни? Бывает ли, что внезапно возникает ужасное чувство усталости? Как вы перебарываете себя и продолжаете работать дальше? Лучший способ восстановить силы после трудной недели − это...

— Усталость – это, возможно, бич современности. Человек не чувствует усталости, когда у него есть определённая, конкретная и длительная задача, которую он выполняет в течение всего дня. Вот, например, лесоруб пошёл рубить дерево, и он рубит его целый день. Чувствует ли он усталость? Ну, мышцы устали, конечно, зато потом он закончит и может ехать домой… Какая тут усталость? Усталость тут одна – от однообразия работы, но это не то. У нас же постоянные переключения, постоянная многозадачность. Мы делаем и одно, и второе, и третье. Мы поддерживаем переписку и отвечаем на звонки, мы обложены бюрократией, мы заполняем бланки и ходим их отсылать, мы платим в банки, следим за доходами и расходами, занимаемся нашей профессиональной деятельностью, интересуемся книгами и кино, ведь всё это доступно… И, конечно, всё это накапливает усталость. И она такая… как отупение! Оно неизбежно наступает, и у меня тоже. Иногда я внезапно нахожу себя за тем, что читаю в интернете историю жизни третьего любовника Мерлин Монро. Это, вероятно, интересно фанатам, но я-то к ним не отношусь! И зачем мне та история?.. Но интернет же захватывает, куда-то уводит… Поэтому сейчас основной способ борьбы с усталостью – прокрастинация. Просто откладываем дела и не делаем ничего некоторое время.

С этим бороться можно современными практиками, вроде медитации, очищения сознания. Хотя, на самом деле, они очень старинные, просто сегодня вошли в моду. Когда человек успевает спросить себя: что будет дальше? зачем я делаю конкретное действие? – он может контролировать свою жизнь. Он способен тогда не уставать и знает точно, когда ему нужно переключиться психологически, отключить свои мозги от ненужной информации. Это сложно, но этого можно достичь. Я знаю многих людей, которым это удалось. Я сам, можно сказать, на пути. Иногда, если в течение дня слишком много задач, мозг активизируется, не устаёт, и можно хоть до пяти утра что-то делать. Но после, когда находится свободное время, он «растекается по стене».

Будний день музыканта, артиста, художника ничем не отличается от выходного. Этих понятий у меня уже давно нет хотя бы потому, что концерты очень часто приходятся на выходные. Понятно, что начало недели чаще разгружено, и оттого понедельник совершенно не вызывает общепринятых негативных эмоций. День строится, в основном, от дел, которые я запланировал, а всё остальное время я провожу за инструментом. За ним же можно работать бесконечно: мне нужно что-то учить, писать, обрабатывать, сочинять. Поэтому будний день сам себя строит, наполняет абсолютно разными задачами. И так, наверное, проходит наибольшее количество времени.

Если же это день концертный, то его можно назвать рабочим. Всё-таки в этот день бережёшь силы, готовишься. Опять же, погладить, собрать, не забыть, настроить… Потом выйти и сыграть, поблагодарить и подписать, отправиться домой или чаще – в отель… Собственно, так и развивается любая красивая творческая история. Всё равно она превращается в определённую рутину, даже если каждый день − новый город, новые люди, новые приключения. Например, в прошлом году я посетил 54 города в 20 странах. Некоторые недели я каждый второй день был уже в другом городе! Но всё вместе для меня это складывалось в одну длительную рутину…

Будний день музыканта ничем не отличается от выходного

Будний день музыканта ничем не отличается от выходного, фото © boldachevharp

— Самое любимое занятие, которое есть в вашем еженедельном графике, – это... Есть ли что-то, от чего вы «не в восторге»?

— Любимое занятие – заканчивать что-нибудь. Если в моём графике стоит что-то с приставкой «до» − дописать, доучить – вот это самое замечательное. Ведь и мотивация намного больше, когда находишься не в начале или в середине какого-то дела, а уже в его конце. Когда надо «допилить», закончить, сидишь и работаешь ожесточённо – вот это самое приятное.

А не в восторге я от всего, что нужно начать. Даже от самого простого, например, ответить на е-мейл. Вот, казалось бы, какая проблема ответить на письмо? Смотришь на него и понимаешь, что для этого нужно позвонить тому-то, написать туда-то, дождаться ответа, посмотреть что-то на сайте, составить программу… и думаешь: «Да ну его! Лучше завтра, сейчас времени нет». И вот это самое неприятное − заставить себя начать. Но это необходимо. Куда от этого деваться?

— Что для вас значит «Экология»? Насколько важной для человечества является тема борьбы с загрязнением окружающей среды? Интересен ли данный вопрос лично вам? Как вы думаете, возможно ли в ближайшее десятилетие наладить экологическую обстановку в нашей стране? Что может этому сильно поспособствовать?

— Я отношу себя к людям сознательным. Я, так сказать, “человек понимающий”. И поэтому для меня экология − абсолютно не пустой звук. Я даже делал несколько проектов, посвящённых экологии, вступал в организации, которые так или иначе связаны с поддержанием экологии в мире или в каком-то регионе. Если думать масштабно, то, в принципе, глобальной проблемы и нет. Не потому что её нет вовсе, она была и ещё не решена, но процесс отравления и уничтожения природы уже обернулся вспять. Уже отказываются от пластика и от вредных материалов, уже не добавляют химикаты во всё подряд, изобретают новые фильтры, запускают предприятия на альтернативных видах энергии, осуществляют переработку мусора и так далее… Конечно, я живу в Швейцарии, а она в этом вопросе, можно сказать, впереди всей Европы. В Швейцарии природа – визитная карточка. В России же с этим пока очень сложно. У нас много осознанной халатности, от нас уезжает много образованной молодёжи. Я её вижу постоянно в Америке, в Европе, но не у нас… Остаются только те, кто не может уехать, и это очень печально. Встречаешь эмигрантов, особенно молодых, и они такие: «Вот в России всё так плохо, там такие люди глупые!», − и так далее… Но раз ты такой умный, что ты тут делаешь? Давай, езжай, борись, помогай, если тебе так важна идея России. А если тебе просто хочется пожаловаться, попонтоваться, то это абсолютно другой разговор…

Поэтому я думаю, в ближайшее десятилетие можно наладить обстановку в стране, если молодые специалисты будут бороться за управляющие места и дальше станут налаживать политику по экологии, агитировать за правильный подход к производству и так далее. А то все жалуются, что у нас всё ещё, как в Советском союзе. А кто делает, чтобы было иначе?
Всё те-же выходцы из советского союза.

Александр Болдачев сознательно относится к экологии

Александр Болдачев сознательно относится к экологии, фото © mahyar

— Расскажите о своих предпочтениях в литературе и кинематографе. Есть ли у вас любимые авторы книг и режиссёры кинокартин? Последнее произведение, сильно запомнившееся вам и оставившее море эмоций – это... Лучшим фильмом 2018 года, по вашему мнению, можно считать...

— Литература, кинематограф − это такой громадный мир, что в нём искать что-то лучшее, предпочтительное очень сложно. Каждый день в нём появляется что-то новое. Последнее, чем я впечатлился, это фильм «Бразилия», который я смотрел со своим другом буквально недавно. Это картина Терри Гиллиама, абсолютно культовое кино. Но у меня достаточно специфический взгляд на фильмы, я могу смотреть практически всё − и блокбастеры, и артхаус, и драму, и комедию, и мультипликацию… Совершенно нет у меня выборочного подхода.

В последнее время не смотрю на год создания киноленты, потому и не могу сказать, что больше всего запомнилось именно за 2018 год. Зато выскажу конструктивное мнение о том, что последние блокбастеры всё менее рассчитаны на тупого зрителя. Если Голливуд как синематограф, заточенный выбивать из людей деньги, ослабляет «тупизну» своих детищ, значит, по мнению профессионалов (а там работают лучшие специалисты, маркетологи), общий потребитель всё-таки умнеет. Я думаю, это очень хороший знак.

— Недавно прошел ваш творческий вечер «Арфа. Лето» в Санкт-Петербурге. Расскажите, откуда появилась идея этого вечера? Остались ли Вы довольны концертом?

— Я говорил со сцены, откуда появилась «Арфа. Лето». Недавно вышел фильм Серебрянникова «Лето», который мне очень понравился. И Кирилл мой очень большой друг. Я с ним познакомился прям в первый день, когда после десятилетнего перерыва приехал в Москву. Мне очень хочется его поддержать. Я надеюсь, что в скором времени это всё закончится, и мы сможем вновь наблюдать его с нами. Впрочем, он даже, находясь под домашним арестом, выпускается, активно работает. В Цюрихе вышла опера, два спектакля в Гоголь-Центре и ещё два фильма. Кроме того, пока проходит этот процесс, он получил международные премии. Я очень надеюсь, что мы его скоро увидим. Вот поэтому «Лето».

Ну, а почему «Арфа» − понятно. 19 января, Крещение… Очень хотелось подарить зрителю что-то очень тёплое и летнее. У нас постоянно эти ёлки, снегурочки, щелкунчики, Ледовый дворец везде, и даже вне Ледового дворца - “Ледовый дворец”. И люди замёрзшие, холодные, под промозглым ветром идут смотреть про зиму. Зачем им про зиму зимой? Про зиму будем делать летом! А сейчас было лето, прямо на Крещение.

Концертом я остался доволен. В первую очередь потому, что пригласил друзей, которые просто сотворили чудо. Они все очень потрясающе выступили. Приехал Алекс Долль, с которым мы как раз делали проект по экологии и много других. Он не только привёз свои полотна, но и отработал всё время на сцене, заканчивая картину с цветами на стекле. Он приехал со своими друзьями из Open Opera Project − Марией Гриднёвой и Виталием Макаренко, которые согласились выступить в фойе. Для профессиональных певцов это очень сильный шаг, потому что не всегда это приятно. Но зато мы начали концерт вместе, с «Дон Жуана». Первый раз, наконец, сработался с Лилией Бурдинской - потрясающим хореографом, с душой. С ней будет большой проект в ноябре. Замечательная певица Анна Викулина стала для меня открытием. Были на концерте и мои старые друзья − Софья Бридж и Игорь Заливалов… В общем, лучше посмотреть описание концерта в Фейсбуке, я там всё очень в красках описал. Поэтому да, я остался доволен. И тем, что пришли друзья, и тем, что зал был полон. Это всё, безусловно, очень приятно.

Концерт «Арфа. Лето»

Концерт «Арфа. Лето», фото © boldachevharp

— Чем планируете порадовать поклонников в 2019 году? Расскажите немного о своих творческих планах на следующий год.

— 2019 год – это, как всегда, борьба. Я делаю фестиваль в Цюрихе, в феврале у меня будут концерты в Москве. Потом, как обычно, будет лаборатория в Цюрихе, а затем и ещё разные проекты в других странах − во Франции, в Японии, в Китае. Потом и Америка присоединится… Как обычно, буду ездить. Все планы и анонсы можно посмотреть на Facebook.

Тимофеева Юлия, Россия, Санкт-Петербург

Статьи